Домой Газета Год без Крыма

Год без Крыма

217
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

Митинг – концерт "Мы вместе!"Украинская власть пока не выработала стратегию возвращения Крыма, предпочитая популизм

Молниеносная аннексия Крыма Россией повергла Украину в шок, от которого она отходит до сих пор. С момента появления российских зеленых человечков возле украинских воинских частей до торжественного выступления Владимира Путина перед Советом Федерации по случаю вхождения полуострова в состав РФ прошло всего три недели

Подобный сценарий планировался и для Донбасса, однако в Крыму он стал возможен по двум причинам — слабости украинской власти на полуострове и широкой поддержке аннексии местным населением, жаждущим путинских пенсий и зарплат и годами живущим надеждой на слияние. Эту карту удачно для себя разыграл Кремль, что, конечно, не оправдывает факт нарушения Россией всех международных соглашений. Тем временем Киев продолжает убеждать украинцев в возможности возвращения утраченной территории.

23 февраля президент Петр Порошенко выступил с обращением, в котором заверил крымчан, считающих себя гражданами Украины, в неизбежности возвращения контроля Украиной над Крымом. «Украинское государство вернет контроль над временно оккупированной территорией. Не буду сегодня говорить, что это произойдет быстро и просто. Но это произойдет обязательно, мы вместе отстроим новый Крым, в котором будут гарантированы права и интересы коренного народа Крыма и всех жителей полуострова, независимо от их этнического, языкового и религиозного происхождения», — заявил президент. Вместе с тем в документе, подписанном в ходе второй минской встречи, о Крыме не говорится ни слова. Не было упомянуто название полуострова и в женевском документе, подписанном в апреле прошлого года, когда мартовские события должны были быть свежи в памяти.

Заявления о том, что Крым рано или поздно будет наш, являются лишь ширмой для электората. Вспомним, как активно использовал данную риторику Порошенко в ходе предвыборной кампании. Однако в действительности Крым стал разменной монетой в дипломатических играх, которую Киев использует явно недостаточно. Да, непризнание аннексии стало поводом для введения санкций как в отношении самого полуострова, так и в отношении Москвы, что можно рассматривать в виде косвенной выгоды для Украины — все, что ослабляет противника, нам на пользу. Но Киев упорно уходит от рассмотрения событий в Донбассе и в Крыму в одном контексте — оккупационном.

На сегодня существует закон о временно оккупированных территориях, касающийся только Крыма, но не включающий Донбасс. А ведь соответствующие дополнения могли бы вернуть полуостров в зону нынешнего конфликта с Россией, а значит, и в повестку всех международных переговоров. Очевидно, что этого не происходит в первую очередь потому, что Кремль стремится навязать ДНР и ЛНР Украине, постоянно вырабатывая новые формулировки об «интегральном» участии непризнанных республик в украинской государственности. Но если на границах с ДНР и ЛНР стоят ВСУ и Национальная гвардия, то на границах с Крымом обычные пограничники.

Приходится возвращаться к изначальному пункту. Население Донбасса, пережившее бомбежки и демонстрирующее постоянную инертность, на сегодня готово признать какую угодно власть, лишь бы не было войны. Крымчане, для которых все обошлось относительно безболезненно, настроены иначе. Об этом свидетельствуют и социологические исследования, проведенные, в том числе и украинской стороной. Согласным данным опроса, проведенного компанией «GFK Ukraine» для украинского проекта FreeCrimea, 82% населения Крыма поддерживают присоединение к России, еще 11% выбрали вариант «скорее, поддерживаю». При этом 77% опрошенных назвали себя русскими и лишь 13% — украинцами. Глава проекта Тарас Березовец, часто выступающий на украинском телевидении в качестве политолога, заявил, что объективность этих данных под сомнением, так как в Крыму царит боязнь шпиономании и респонденты боялись говорить правду. Тем не менее от факта поддержки аннексии местным населением никуда не деться, даже если и цифры, полученные в результате, по сути, проукраинского исследования, считать завышенными.

Таким образом, в своих речах Порошенко прав в одном: возвращение Украиной Крыма если и возможно, то никак не будет простым и быстрым, о чем президент мог намекать накануне своего избрания. Тем более не способствует изменению настроений в Крыму санкционная деятельность украинских властей — ограничения на въезд, предоставление воды и электроэнергии. Все это не приближает, а лишь отдаляет крымчан от Украины. В долгосрочной перспективе, о которой говорит власть, разумнее было бы выстраивать с полуостровом такие экономические отношения, которые стали бы в дальнейшем основой для интеграции в Украину. В конечном итоге именно торговые связи определяют соотнесенность территорий.

Пока же политику в отношении Крыма можно назвать ситуативной, но не стратегической. Аннексированный Крым нужен Украине для санкций против России. В то же время Киев пытается вернуть с полуострова хотя бы часть своих активов. О военном решении вопроса не может быть и речи. Убедить крымчан вновь стать украинцами может только одно — лучший уровень жизни. Причем он должен быть настолько высоким, чтобы нейтрализовать московскую пропаганду, превозносящую самопожертвование и отказ от комфорта в угоду патриотическим чувствам. «Что дальше? Да хоть камни с неба! Мы на Родине!» — гласили триколорные плакаты в Крыму после его аннексии. Пока что это «дальше» для крымчан выразилось в повышении пенсий и зарплат силовикам, а также в упадке курортного бизнеса. Но, судя по данным опросов, это и отдаленно не напоминает камни с неба.

Все же российско-патриотический задор крымчан рано или поздно закончится. И когда триколоры и лицо Путина в телевизоре станут ассоциироваться не только с событиями прошлого года, но и насущными проблемами, у жителей полуострова перед глазами должен быть и другой пример государственной политики. Пока что ее растерянность и вороватость значительно проигрывает даже мизеру, предложенному Кремлем. А значит, решение крымского вопроса возможно только после решения, собственно, украинского — проведения реформ, действенной смены система власти, децентрализации.

Евгений ЗЮЗИН

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here