ГАЗЕТА: Неправильные шахтеры. Конфликт ДТЭК и Минэнерго может продолжиться

Miners bang their helmets on ground during rally to demand payment of their salaries from government in central Kiev

Представьте, что сокращенные работники Запорожского автомобильного завода после остановки производства не разошлись мирно по домам, проглотив сокращение, а под предводительством профсоюза отправились в Киев пикетировать министерства, Администрацию президента и Верховную Раду с требованием навести порядок в отрасли и немедленно повысить и выплатить зарплаты

 

Никому в голову такая картина не приходит по той простой причине, что завод принадлежит частным структурам, и если и требовать рабочим чего­то, то от их владельцев, когда­то находившихся во власти. Пролоббировав повышение сбора на импортные автомобили, они фактически устранили конкурентов и добились высоких продаж продукции, но как только правила игры изменились, автомобили ЗАЗа оказались невостребованными на рынке, завод фактически закрылся. В первую очередь в этом виноваты владельцы предприятия, во вторую менеджмент, и лишь в последнюю очередь, очень косвенным образом к этому имеет отношение государство.

Энергетические активы Рината Ахметова имеют намного более сложную структуру. Шахты, горно­обогатительные комбинаты, электростанции частично принадлежат и государству. Однако империя самого богатого человека в Украине выстраивалась в том числе и на том, что фактически он и был государством для своих шахт, руководя энергетическим сектором через своих министров, глав комиссий и Антимонопольный комитет. Как это часто бывает, со сменой власти начался масштабный передел в сферах влияния, а энергетика, дающая треть украинского ВВП, оказалась наиболее лакомым куском. Министерский пост занял оппонент Ахметова и ставленник президента Владимир Демчишин. Работа Антимонопольного комитета пока приостановлена, для него продолжают подыскивать главу.

На прошлой неделе Киев возмущался шахтерскими акциями протестов. Спектр их требований, усиливаемых грохотом новеньких касок, был крайне широк. Отставка профильного министра, требование зарплат, прекращение войны и даже отставка киевского мэра Кличко. Вскоре выяснилось, что большинство шахтеров и участников митингов в центре столицы — организованно привезенные сотрудники предприятий ДТЭК, входящей в структуру System Capital Management, принадлежащей Ринату Ахметову. Государство в лице министра энергетики и угля Владимира Демчишина отказалось покупать ахметовский уголь для электростанций по завышенной цене. Ринат Леонидович рассчитывал с ее повышением разобраться с валютными кредитами. Курс доллара заметно прогрессировал за последний год, а цена на уголь не очень. В Минэнерго шахтерские митинги назвали попыткой шантажа со стороны монополиста (ДТЭК действительно принадлежит большая часть угольного рынка). Близкие к Ахметову политики заговорили о переделе энергетического сектора под конкретных лиц. Уже на этой неделе экс­соратник Рината Ахметова по Партии регионов, а ныне член оппозиционного правительства Борис Колесников высказался по этому поводу крайне брутально. «За всем этим торчат не то что уши, а, извините, голая задница Константина Григоришина, к которой выстроилась очередь украинских чиновников, чтобы ее поцеловать», — не постеснялся в выражениях политик.

Имя Григоришина в скандале всплыло почти сразу же. Гражданин России также имеет интересы и далеко идущие планы в украинской энергетике и не только. Ему принадлежат доли в нескольких облэнерго и целом ряде украинских предприятий, среди них, например, Запорожский завод ферросплавов и «Запорожтрансформатор». Поводом слухов о связях Григоришина с украинским руководством стало назначение в декабре прошлого года Юрия Касича исполняющим обязанности госкомпании «Укрэнерго», которая является оператором украинского энергетического рынка. До этого Касич возглавлял «Черкассыоблэнерго» и «Винницаоблэнерго», где Григоришину принадлежит 26% и 75% акций соответственно. Министр энергетики Демчишин в одном из интервью на прошлой неделе признался, что часто советуется с Касичем, восполняя недостаток собственных знаний. Министр до работы в правительстве занимался в основном инвестиционным бизнесом, а не энергетикой.

Связи Григоришина и Порошенко не отрицают в администрации последнего. «Григоришин занимается бизнесом в Украине с конца 1990­х годов, Петр Алексеевич впервые пришел в политику в 1998 году, поэтому, конечно, они давно знакомы. Но я бы не стал переоценивать влияние Григоришина сегодня на украинскую энергетику», — приводит слова своего источника в АП из ближайшего окружения президента издание Insider.

Очевидно, оценивая происходящее на угольном рынке, необходимо придерживаться принципа «истина где­то посередине». Власть не намерена поощрять монопольное положение Ахметова, за счет которого продолжают финансироваться оппозиционные силы (вспомним назначение директора «Запорожстали» главой «Оппоблока» в Запорожье). Закономерно, перераспределение активов означает, что часть пирога должна отойти конкурентам Ахметова, в том числе Григоришину и Коломойскому. Влияние на государственном уровне происходит через распределение должностей в министерствах, ведомствах и госкомпаниях. Так как и здесь не избежать щупалец капитала, то власти остается единственный инструмент — провести сбалансированную кадровую политику. Здесь развернется очередной раунд борьбы.

В процессе выявления новых предпосылок шахтерских митингов, а также освещения борьбы за энергетику в СМИ накал протестов как­то сник. Ведром холодной воды оказалась публикация нардепа Мустафы Найема. Бывший журналист обнародовал некий довольно циничный план по отстаиванию интересов компании ДТЭК под названием «Крепость». В нем среди прочего для выполнения требований компании рассматривается возможность создания социального взрыва.

В прошлую пятницу в ДТЭК заявили о том, что источник такого документа им неизвестен. Однако в том же релизе указывается буквально следующее: «Мы готовимся к различным сценариям развития событий — провокациям, силовому воздействию, усилению регуляторного и экономического давления. Компания неоднократно заявляла о том, что она будет защищать свои законные права и интересы в рамках как национального, так и международного законодательства. Решение о продаже активов компании никогда не будет связано с желанием третьих сторон. Активы ДТЭК будет продавать, исходя из стратегии и видения своего развития». В этих словах можно увидеть две вещи. Во­первых, они подтверждают данные Найема о готовности и дальше раскачивать ситуацию с использованием социальных протестов. Во­вторых, ДТЭК обнаружила планы власти в отношении себя — расчленить компанию, вынуждая ее к продаже долей, и лишить таким образом монопольного положения.

Несомненно, все вышесказанное требует дополнительных доказательств и подтверждений. Железобетонно лишь одно — главных фигурантов этой истории судьба шахтеров интересует меньше всего. Закладывая повышение стоимости угля, ДТЭК не намерена пересматривать размер зарплаты тех, кто его добывает. А показывает шахтерам врага в виде правительства и президента — дескать, это все из­за них. С другой стороны, в Кабмине и АП сейчас тоже больше думают о том, как ослабить Ахметова, а не о том, как помочь людям. Отдалившись на недельное расстояние от киевских митингов, очевидным должно стать и для шахтеров, что они выполняют роль пугала для власти, которым размахивает частная компания.

Шахтеры молчали, когда грянул Майдан, — не мешайте работать, шахтеры остались в стороне, когда началась война, — оставьте нас в покое, а на прошлой неделе шахтеры в Киеве вдруг потребовали удорожания угля для электростанций, что, конечно, влечет увеличение тарифа на электроэнергию. Это требование звучит невдалеке от того места, где год назад митинги окончились убийством десятков людей. Так вознесенный до небес при Януковиче особый шахтерский образ вдруг стал неловким, взывающим и бесправным. «Давать стране угля» перестало быть почетным, потому что стало частным делом.

Евгений ЗЮЗИН

РЕКЛАМА REDTRAM

Loading...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

О Нас | Контакты | Рекламодателям