Коротко о сокровенном: известный блогер презентовал свою новую книгу (ФОТО)

DSC03513Павел «Паштет» Белянский, популярный блогер и теперь уже автор книги «Я работаю на кладбище». Все начиналось с блога «Наблюдения из­-за оградки» в Живом журнале. Из-­за кладбищенской оградки, где собственно Павел и работает (у него фирма, которая занимается изготовлением надгробий и памятников). Затем были посты в фейсбуке с хэштегом «Я работаю на кладбище». Белянский признался, что о карьере писателя не грезил. Хотел быть военным, но подвело здоровье, получил образование химика, работал журналистом, пресс­-секретарем одной из партий. Рассказы начал писать в школе, теперь этот навык позволяет ему держаться в такой невеселой профессии как изготовитель надгробий. Сегодня  Павел победитель 4­-х литературных конкурсов. О творчестве автора из первых уст далее

— Павел, расскажите, о чем ваша первая книга? Как ее создавали?

— Книга «Я работаю на кладбище» о жизни, истории людей, взгляд на жизнь из-­за оградки. Я действительно работаю на кладбище, занимаюсь установкой памятников. Люди приходят с какими­то своими историями разными, о них я пишу. Я ничего не придумываю. В книге собраны записи из блога где­-то за 9 месяцев. Когда у издателя созрела идея сделать книгу, оказалось, что данных записей там больше 100. Он из них выбрал 34 максимум.

DSC03587— А как вообще возникла идея объединить ваши посты в печатное издание?

— Если честно, я никого не искал. Поступило предложение от замечательного человека, его зовут Виктор Пузанов, он полностью инициатор издания этой книги. — собрал команду, нашел иллюстраторов.Когда он сделал мне предложение издать сборник, я думал секунды 3. Затем отдал ему свои рассказы, и вот результат.

— На ваш взгляд, почему такие посты вызвали небывалый ажиотаж?

— Я сам себе часто задаю этот вопрос. И у меня ответа нет. Я знаю, почему это пишу — чтобы мне было легче. А зачем это читают — не знаю. Может быть потому, что книга все­-таки о чем-­то вечном. Она о том, с чем каждый рано или поздно столкнется. О смерти боятся думать, но не бывает жизни без нее. И каждый к ней приходит с каким­-то своим багажом. С чем он придет — вот об этом люди задумываются. Так как это все равно случится, наверно заставляю людей задуматься об этом. К тому же, я не пишу под какую-­то аудиторию, я пишу для того, чтобы мне стало немного легче. Потому что когда к тебе приходят люди со своими очень тяжелыми историями — их деть некуда, держать в себе тяжело, рассказать кому­-то — так все, кого я знаю — со мной работают, нести в семью — тоже сложно. Поэтому я ничего лучше не придумал, как писать блог.

— Если говорить о вашей работе на кладбище, то как вы объясняете для себя то, что одни люди ставят памятники другим? И какой в этом смысл?

— Во­первых, я на этом зарабатываю (смеется). Когда заказчики спрашивают, как правильно сделать, все время говорю одно и то же — поймите, вы памятник ставите для себя, вам туда приходить, он нужен вам, чтобы помнить. Каким вы хотите человека запомнить? Только вам это нужно. Приходят люди, вспоминают усопшего, видят памятник и им становится легче. И чем чаще его вспоминают, тем им проще.

DSC03557— По мотивам книги планируется сериал? Как вы его видите?

— В серии будет 2­3 истории, которые будут объединены по смыслу. Это не будет история вокруг конторы ритуальных услуг. В книге 4 раздела: «Наблюдая мир», «Я работаю на кладбище», «Про войну», «Скелет в шкафу». В одной серии будет объединено по 2­3 истории из каждого раздела. У нас была задача сделать первую книгу небольшой. Поэтому материал подбирал таким образом, чтоб они как­то перекликались эмоционально, шли друг за другом. Делали на отклик. И в каждом из 9 городов, где уже презентовали книгу, собираются полные залы на 500 человек. Поэтому Паше уже некуда деваться, только писать.

— Вы объездили уже 9 городов Украины, какие вопросы чаще всего задают?

— Все задают 2 вопроса: встречаюсь ли я с героями своих рассказов? Отвечаю: историю «Жидо­бендеривец» рассказала подруга моей жены, и она произошла с ее отчимом. Она, конечно, не знала, что я об этом напишу. И когда вышла книга, отчим ее прочел и приехал ко мне поговорить. Я думал, будет бить. Нет, с бутылкой приехал. Второй вопрос — читает ли меня моя теща? Нет, она меня не читает. У меня другая проблема, меня читает моя жена. Мы живем на Лукьяновке, и там очень много военных, все ходят в пиксельках. Мы вышли с женой в магазин, вокруг было много военных, и она говорит: «Всё, это они, они, они…». Я спросил, о ком она, на что моя жена ответила: «Они, НАТОвцы. Нас предупреждали, нам говорили…». Я, конечно, пытался переубедить ее, но безуспешно. В итоге, хватаю первого попавшегося военного и говорю «Мистер, do you speak English». На что военный с полтавским лицом отвечает: «Не так щоб дуже гарно, але кен ай хелп ю?».

— С чего началась ваша популярность?  И почему «Паштет»?

— В фейсбуке все началось с «Бабушки». Эту историю перепостили и я, что называется, проснулся знаменитым. Я засыпал, у меня было 400 подписчиков, а когда проснулся, у меня их там оказалось больше трех тысяч. А «Паштет» — старая детская «кличка», меня так назвали в 6 лет. Так и приклеилось Паша­«Паштет». После одной неприятной ситуации, когда был под следствием, я узнал, что в «разработке» прохожу под «кличкой» «Паштет». Тогда и понял, это судьба. Кстати, популярность сейчас дает обратный эффект: очень много приходит людей, которые читают фейсбук, заказать памятник. Получилась такая реклама. У меня была история, когда в контору пришли и сказали: «Нам нужен «Паштет». Я вышел, и они говорят — нам памятник не нужен, вы такой классный, напишите о моем друге. Если б мне полгода назад сказали, что на меня придут посмотреть 200 человек, я бы сказал: «О, какие у меня пышные похороны будут».

— Такая популярность вас не вынуждает садиться и писать, когда нет вдохновения?

— Такое количество подписчиков обязывает писать. Вроде как ты им ничего не должен, а все равно, проходит день, ты ничего не опубликовал и уже как­-то думаешь — может что-­то придумать… А ночью жена «давай вставай, ребенок плачет!». Ты встаешь, идешь, а когда ложишься, понимаешь, что надо писать. Садишься, 5­7 минут и все. Длинные рассказы не люблю писать. Это нужно сесть, продумать. Как говорил Горький Лук — чтобы час писать, нужно 5 часов думать. У меня нет этих пяти часов, тут бы 4 часа поспать, и то за счастье.

— В своих рассказах вы тяжелые судьбы людей пропускаете через себя, и получаются позитивные тексты. Вы оптимист или это такая работа над собой — история грустная, но напишу ее со знаком «плюс»?

— Я иногда пью просто (смеется). Да нет такого. Я как бард — как вижу, так и пишу. Я не оптимист, сказал бы даже — пессимист. Когда мы с Витей решали, сколько экземпляров сделать, я предложил напечатать 10 штук. Он говорит, нет, давай 500. В итоге сошлись на 5 тысячах. Вообще, я пессимистичный человек. А пишется, да Бог его знает, как, я никогда не задумывался. Я не пишу длинные рассказы, потому что мне лень писать (прим. Виктор Пузанов отметил, что феномен Павла в том и заключается, что он не знает, как пишутся тексты).

— Чем будете заниматься, когда закончится вдохновение?

— Ой, класс! Супер! Во­-первых, я уеду подальше от всех, выключу телефоны, все гаджеты и буду рыбу ловить… Может быть, месяц, два, три, пока всю не поймаю. У меня нет задачи, что я именно обязан писать, единственное что меня обязывает — подписчики. Кажется, если я не напишу, вроде как обману их. Но это не «грузит». Оно бы «грузило» если бы я изначально стал из себя все это вымучивать, выдумывать, кто что будет говорить. А  так… Мне Бог как­-то подкидывает людей с интересными историями. У нашей команды есть договоренность, что если кто-­то из нас устанет — работу сворачиваем.

— Как семья относится к изменившемуся расписанию?

— Жена гордится, а дочка, конечно, расстраивается. Можно было бы куда­-то пойти, а я опять уехал. Правда, я эту популярность страшно не люблю. И когда в первый раз интервью по телевизору показали, мой ребенок воскликнул: «Ура! Мой папа в телевизоре! Завтра все расскажу». «Стой» — я ей сразу сказал. «Вот сейчас замерли, у нас с тобой серьезный разговор. Это большая тайна. Это все секрет». На следующий день забираю ее из садика, подходит ее подружка и говорит: «Я знаю, ты в телевизоре, но это большая тайна». Друзья теперь со мной не любят выпивать. Говорят,  а смысл с тобой пить, сидишь и молчишь, и сказать  при тебе ничего нельзя, ты сразу об этом напишешь.

— Из раннего творчества у вас есть детективная история, планируете ее печатать?

— Все уперлось в окончание создания сайта. Он фактически завершен. И там мы начнем выкладывать книгу. Если будет популярна, то мы на середине остановимся и те, кто нас не побьют, купят ее. Помимо этой книги, готовы еще 2 повести и сборник из ста рассказов, который выйдет в ноябре­-декабре. В июле у нас выходит украиноязычная книга «Я работаю на кладбище», идет работа над немецким переводом, английский, фактически, готов. Потому что просят эту книгу из­-за границы. Уже сейчас около тысячи книг ушло в Канаду, Австралию, Норвегию, Финляндию. Мой директор видит своей задачей к февралю 2017 года продать 30­40 тысяч экземпляров второй книги. Чтобы я мог оставить вообще все на свете, только сесть и писать (смеется).

Яна ПЕТРОВА

РЕКЛАМА REDTRAM

Loading...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

О Нас | Контакты | Рекламодателям