Донецкий вертеп. Репортаж из новогоднего оккупированного города

1258
0

Легкие сумерки едва успели опуститься, как городские фонари вспыхнули нежным апельсиновым светом, открывая всю красоту заснеженных улиц вечернего Донецка. Струйки света скользнули по улицам и коснулись домов и зданий, обрисовывая их четкие линии и сдержанные фасады. Высокие офисные окна делового квартала зажглись редкой шахматкой, выставляя напоказ скромно приклеенные бумажные снежинки

Лесная красавица в этом году была приготовлена с размахом ­ метров двадцати пяти с элементами дизайнерского декора. В этом году «новые власти» так называемой ДНР решили не экономить на ее художественном оформлении и электроэнергии. Добавились и праздничные новинки в виде оленя с санями и трехъярусными радужными сердцами, став элементами для фотосессии. Праздничный новогодний антураж не обошелся без печальных трехцветных лент и флажков, это давно уже неотъемлемая часть всего, что существует в Донецке, и Новый год не исключение, тем более «старт» на него давал со сцены сам глава. Он собрал по этому поводу для массовки бюджетников, которые и подумать не могли, что дожили до такого состояния, что их заставят, как малых детей, водить хороводы вокруг елки вместе с Дедом Морозом. Замерзшим людям, согнанным на площадь, сначала пришлось выслушать тяжелую речь о мирном будущем, а потом еще и подпевать приехавшим артистам «Cтаренькие валенки».
Песни и пляски в кубанских костюмах развеселили подвыпивших гостей, и низкий градус мороза быстро сравнялся с градусом их собственной харизмы. Пенсионерки по­молодецки закружили в танце, широко улыбаясь золотыми протезами, заметив приближающийся объектив местной телевизионной камеры. Взятые интервью с места гуляния со словами благодарности за концерт и сладкие подарки теперь крутят по местному телевидению, ежедневно показывая сказочную и прекрасную жизнь в так называемой «республике» всем завистникам из «Европейской Неньки».

Для юных донетчан праздничную программу в школах продумывали их учителя. Исключая все украинские традиции, они даже умудрились перевести нежные украинские щедрівки на русский балаган. Полученный результат удивил родителей, которые в последнее время стали активно бороться за жизнь «мови», думая о будущем образовании своих чад. Сведенный до минимума по политическим соображениям украинский основательно запутал детей с написанием «ї» и апострофа. И исправлять эти пробелы в образовании, поверьте, некому, сильно уж рискованно это дело. Так и теряются потихоньку крупинки украинского, растворяясь в русском «лайне». Забываются веселые песни и колядки, в шкафах прячутся яркие вышиванки в маках и венки, и весь рождественский вертеп становится миражом. По­настоящему окунуться в праздничную кутерьму и близкие сердцу колориты помогает лишь побег из зоны отчуждения. Те, у кого есть родственники, едут к ним, те, у кого есть деньги, едут во Львов, подальше от депрессии, за глотком свежего рождественского воздуха.

Покинуть родные пенаты донетчанам сейчас стало тяжелее. Закормленные дармовыми пирожками и горячими пиццами от местного перевозчика, ДНР­овские КПП­шники неповоротливо и томно прогуливаются от машины к машине, давая понять: процедура выезда затянется надолго. Решить проблему быстрого выезда можно, для этого всего лишь надо воспользоватся двумя волшебными словами «служивый» и «браток». Сказанное слово, подкрепленное пятисотрублевой купюрой, тут же откроет вам путь к свободе, и огромный портрет Сталина на дежурной будке КПП ласково улыбнется вам на прощание.
Перевозчики, прошедшие школу дипломатии, за время АТО стали «своими» по обе стороны конфликта. Наглые и юркие, как хорьки, они беспрепятственно преодолевают все шлагбаумы КПП. Поставленный на поток бизнес приносит колоссальную прибыль, которой и поделиться не грех.

Так, например, на вояж за пенсией записываются заблаговременно. Учитывая ситуацию и востребованность мест, цена в одну сторону колеблется от семисот гривен и выше. Недобора в таких маршрутках никогда не бывает ­ если место и осталось свободным по какой­-то причине, его используют для нужд «почты», у которой тоже неслабая цена. Передача стандартной сумки вам обойдется не дешевле 150 гривен, и торг тут неуместен. Режим поездок знают не только клиенты, но и люди в зеленом камуфляже, и приближение знакомых номеров «бусика» к контрольному пункту ­ это всегда радость для последних. И так линия разграничения становится четкой линией чьих­-то интересов, а слово «война» становится непобедимым, как и ее коррупция.

Оставшиеся на праздничные выходные в городе донетчане наслаждались настоящей зимой. Разыгравшаяся, словно по рождественскому, гоголевскому сценарию, снежная метель дала насладиться вечерей в тесном семейном кругу. Сладкие подарки к Рождеству привели сладкоежек в замешательство. Строгое родительское «эту можно, а эту нельзя» оставило из всего богатства лишь пару-­тройку съедобных конфет. Местные конфетки сомнительного качества так и остались таковыми. Они не тают ни во рту, ни в горячем чае. Детям проще слепить из них пластилиновую фигурку, чем скушать.
И не только конфеты попадают в группу под грифом «осторожно», сюда можно отнести большую часть всего того, что продается в магазинах захваченного города. Цены после смерти идейного лидера Захарченко сделали резкий виток вверх, гривна и доллар поднялись в курсе. Старушки, ощутившие это на своей мизерной пенсии, проклинают окаянного новоизбранного московского наместника.

Недовольные Пушилиным люди, видя, как их полностью превратили в обслуживающий персонал за низкую зарплату, окрестили свое «государство из трех букв» новым и обидным словом «Чепушилия». Показать свою любовь к народу у нового округлившегося главы не получается, а потому дети в новогодние праздники становятся хорошим объектом для пиара. Тут тебе и организованная поездка на елку в столицу ДНР детям из «серой зоны», тут тебе и конкурсы с подарками, аниматоры и экскурсия в краеведческий музей, в котором «лучшие сыны» Отечества ­ террористы «Гиви», «Моторола» и Захарченко в траурном убранстве фоторамок смотрят на подрастающее поколение. Одним словом, все самое лучшее ­ детям Донбасса.

Молодежь к этому относится, как к цирковому представлению, она помнит город «до» и город «после». Их прогрессивный и бунтарский норов не прекращает бороться за свою свободу. Инкогнито они вешают желто­-голубые флаги на самые высокие здания, разрисовывают гербами Украины гаражи любителей «русского мира», огромными буквами на центральных фасадах делают надписи «Донбас – це Україна», украшая национальным орнаментом графити. И не удивляйтесь, если, зайдя в одно из зданий структур так званой ДНР, ваш телефон блеснет радостным паролем к WiFi «Слава Україні».

А на окраинах города ­ другая жизнь. Здесь нет столько света, как в центре и такого количества яркой иллюминации, зато тут ярче и ближе звезды. Тут время теряется, а наступивший день всегда похож на вчерашний, вечер давит и пугает своей тишиной, делая пустые улицы глухонемыми. Но только тут в таком забытом местечке, где никто тебя не услышит, кроме самого Бога, можно вдохнуть прохладный крещенский воздух и попробовать достучаться до небес с одной просьбой ­ вернуть моему рано постаревшему городу молодость и жизнь и стереть с него глубокие морщины, оставленные гусеницами танков.

Яна Адамовская

читайте также: В Запорожье вспоминают о кровавом избиении людей на Майдане Героев (ВИДЕО)

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here