На прошлой неделе перед депутатами ВР была поставлена четкая задача ­ принять закон об Антикоррупционном суде. Задача, видимо, настолько принципиальная, что премьер пригрозил уйти в отставку, если депутаты не примут данный закон.

Угроза г.Гройсмана стала топ­темой в украинском информационном пространстве. Стали возникать одна за другой версии, что же стоит за этим громким заявлением. Давно появившиеся данные о сложных отношениях премьера и президента породили первую версию о готовности г.Гройсмана занять самостоятельную политическую позицию и играть против П.Порошенко на президентских выборах. Однако низкий рейтинг обоих обещает им незначительные шансы, а вот их голосами, несомненно, воспользуется их главный оппонент Ю.Тимошенко.

Сближение В.Гройсмана с «Народным фронтом» является явной политической ошибкой и В.Гройсмана, и «Народного фронта». С их одинаково низким рейтингом они окажутся в положении барона Мюнхгаузена, пытающегося вытянуть самого себя за волосы из болота.

Вторая версия, несомненно, правдива, но имеет жалкое экономическое лицо ­ если закон об Антикоррупционном суде не будет принят, МВФ не выделит очередной транш в 1 млрд долл., без которого В.Гройсман просто не в состоянии управлять экономикой. Использовать готовые кредиты, разумеется, легче, нежели зарабатывать деньги в собственной экономике, а ее рост в 1,5­2% заставляет вспомнить еще одно громкое обещание г.Гройсмана – показать всем, как нужно правильно управлять экономикой и страной, данное им при вступлении в должность премьера.

Вот здесь родилась третья версия ­ г.Гройсман делает очередной хитрый ход, чтобы избежать отчета перед ВР, на трибуне которой он будет выглядеть жалко и бледно. Но закон об Антикоррупционном суде был принят, значит, нужно готовиться к отчету или искать новые уловки, как его избежать

А теперь о самом Антикоррупционном суде. Кому и зачем он нужен? У нас появилось столько антикоррупционных органов, что их хватило бы на победу над коррупцией во всем мире, а вот в Украине коррупция не уменьшилась, скорее наоборот. Коррупция ­ как рыба в воде, легко проплывает между НАБУ, САП, НАПК и другими аббревиатурами и ловко играет на их противоречиях и периодических столкновениях.

Сами руководители этих аббревиатур вроде бы тоже настаивают на формировании Антикоррупционного суда, т.к. все их расследуемые дела не доходят до обычных судов и теряются на их полках. Но где гарантия, что эти дела не будут теряться на полках нового суда? Дело не в количестве антикоррупционных инстанций, а в системе, в которой они находятся, и пока побеждает система, основанная на принципе «этого трогать нельзя, он, конечно, «сукин сын», но свой «сукин сын». Другого тоже не стоит трогать, он не свой «сукин сын», но имеет большие деньги. А вот третьего – мелкую рыбешку – можно показательно наказать. Но неужели для такой системы нужно создавать еще один дорогостоящий суд?

Зная суть этой системы, депутаты уже увидели в надвигающемся Антикоррупционном суде руку президента, которая будет управлять новыми судьями, и попытались сопротивляться через многочисленные поправки, но в конечном счете сдались и проголосовали почти конституционным большинством в 315 голосов.

Но, похоже, нашу систему наконец­то поняли и наши зарубежные партнеры, требующие создания Антикоррупционного суда. Они потребовали не только его создания, но и некоего внешнего управления этим судом, т.е. наблюдения, влияния и права вето при назначении судей и оценке их работы. Вот это и стало главным камнем преткновения в ВР для принятия закона. Депутаты вдруг проснулись и запаниковали по поводу внешнего управления, которое терпели последние четыре года.

Депутатов можно понять, в свое время им навязали огромное число варягов из разных стран мира, ни один из которых не принес пользу нашей стране. Грузинский варяг А.Квинташвили начал разрушать систему здравоохранения, а американская гражданка У.Супрун успешно заканчивает его работу. Прибалтийский варяг Абрамявичус, бывший министр экономики, разоблачил коррупцию в рядах одной из коалиционных партий и спешно покинул Украину. Еще одного грузинского варяга долго не могли изгнать обратно из страны, и сегодня он периодически грозит П.Порошенко «кузькиной матерью» из далекой Голландии. Список можно продолжать долго, главное заключается в том, что, обжегшись на молоке, депутаты стали дуть на воду.

Но и наши зарубежные спонсоры тоже неоднократно обжигались на украинском молоке, в котором терялись их деньги и кредиты, а потому стали более скрупулезно относиться к создаваемым институтам по борьбе с коррупцией. Возможно, в данном случае внешнее наблюдение и влияние окажутся более полезными, нежели прямое участие иностранцев в органах власти, и именно присутствие реально независимых иностранных экспертов в украинской судебной системе сдвинет с места махину коррупции.

Национальный суверенитет, о котором вдруг все дружно вспомнили и обеспокоились, уже давно не является нашим национальным, но очень хочется надеяться, что на этот раз все получится и судебная система под пристальным наблюдением независимых экспертов тоже станет независимой и начнет меняться в лучшую сторону. Тогда, кстати, и национальный суверенитет начнет восстанавливаться. По крайней мере, надежда умирает последней, но надеяться придется долго.

Процедура назначения судей и запуска работы суда, по реалистичным прогнозам, осуществится лишь к 2020 г., так что у наших коррупционеров впереди немало времени. Американский философ Р. Эмерсон писал: все на свете имеет свои пределы, за исключением глупости. Наша отечественная коррупция не так глупа, а потому бесконечна. Кто выиграет, коррупция или Антикоррупционный суд, поживем – увидим.

Татьяна НИКОЛАЕВА