В конце февраля в Запорожье состоялась традиционная встреча парламентариев, представляющих город и область, с областной и городской властью.  Депутатский корпус слегка обновился в октябре 2015 года, в городе новый  голова, а что касается  председателя ОГА, то традиционно для запорожцев их регионом правит исполняющий обязанности  

И в 2025 году ничего в Запорожье не построят?

Но это, как вы понимаете, присказка, а сказка будет впереди. В Запорожье расположена одна из ведущих всеукраинских «строек века». Последнее звучит уже зловеще: ибо начатое в 2004 году строительство  мостовых переходов с левого берега Днепра на остров Хортицу и с него на правый берег,  практически осталось без финансирования. Хотя еще в сентябре 2015­-го  в недрах Министерства инфраструктуры кто-­то видел документ о том, что, начиная с нынешнего года в Запорожье таки будут строить мосты. Срок завершения строительства  — 2025 год, сметная стоимость — 6, 582 млрд. гривен.

Вкратце напомним их параметры. Общая длина всех сооружений — 9,1 километра. Собственно,  два рукава Днепра  в районе строительства составляют общую ширину около километра (650 и 340 метров).  Но кроме двух высоких красавцев­мостов через великую украинскую реку (по три полосы движения в каждую сторону), строителям предстоит возвести десятки других сооружений, включая как минимум три мощных автомобильных развязки, мост через железную дорогу и тоннель в ж.д. насыпи.

Все упомянутые сложности стали компромиссом с экологами и археологами, которые никак не соглашались на строительство мостов и дороги на Хортице. Собственно, битва вокруг мостов продолжается с конца 1960 годов. Когда Совет Министров СССР не желал расставаться с деньгами на их постройку, вдруг выяснялось, что у нас  существует мощное экологическое движение. И главное, что его в Совмине все слушали… Уже в нулевые годы строительство  удалось «пробить», но лишь в створе  действующих мостов Преображенского.

Возвращаясь к общению «отцов» области и города  с народными депутатами, представляющими нынче Запорожскую область в Верховной Раде, то прошло оно, как в советские времена любила писать  газета «Правда», в дружественной и деловой обстановке. Ведь и одним, и другим был не лишним «пиар», и в этом плане все заинтересованные лица  поставленные задачи выполнили. Поможет ли встреча  строительству мостов? Есть сомнения…  Ведь все наши нардепы  в 99% случаев   — такие себе солдаты партий,  их выдвинувших в парламентарии, а совсем не постпреды запорожцев.

Тем временем ситуация с  мостовыми переходами выглядит  критической. По мнению главы «временной следственной комиссии по вопросам проведения технической экспертизы строительных работ и проверки использования бюджетных средств при строительстве мостовых переходов через реку Днепр в городе Запорожье» (есть, оказывается, и такая), народного депутата Украины Петра Сабашука, самое время обращаться в СБУ и Генпрокуратуру.  Это чтобы хотя бы дела по мостам передали в Запорожье, ибо в Киеве, им, видимо, никто не дает ходу.  И еще  П. Сабашук считает, что весьма актуальным вопросом является инвентаризация стройки и экспертиза произведенных работ (за счет Кабмина).

Здесь с ним солидарен и городской голова Владимир Буряк: «Передача строительства мостов из коммунальной собственности в государственную оказалась ошибочной. В результате строительство затянулось и сейчас фактически заморожено… Достраивать ли существующие мосты, или начинать новый проект? (Ведь проведенная экспертиза установила факты разрушения отдельных элементов построенных мостовых сооружений). Прежде чем принимать решение о возобновлении стройки, мы должны понимать её целесообразность, при этом ставя на первое место вопрос безопасности граждан»…

Тем временем Запорожью катастрофически не хватает  новых мостов! Ведь за Днепром расположены два района города и 35% всех его жителей. Но можно ли их дальше строить — на разоренной безденежьем площадке? И еще, на Востоке — война, а у нас в стратегически важном Запорожье (перекресток дорог  Донбасс­Кривбасс, Север­Юг) всего три полосы движения в одном направлении. По две на плотине Днепрогэса и одна — на действующих мостах Преображенского… И это на участке в  281 километр по прямой — между Днепропетровском и Каховкой, где расположены соседние переправы через Днепр.

«Загулявшая реанимация»

Что тут добавить, шесть  лет назад  одна из местных газет опубликовала интервью тогдашнего начальника УКСа горсовета, Ивана Сухомлина под  названием «Мосты тревоги нашей». «Подчеркну, стройка такого уровня – это элемент современных высоких технологий, — говорил И. Сухомлин, — которые не допускают неуважительного к себе отношения. Применены инженерные решения мирового уровня. Например, наш пилон на мосту должен был стать самым высоким в Европе (160 метров). Поэтому испанцы приезжали, изучали опыт. Теперь в Испании вот-­вот появится самый высокий в Европе пилон – 200 метров…

Или так называемая неразрезная балка. Это пространственная конструкция длиной 660 метров – по последнему слову, как говорится, мостостроительной техники. Экономия металла – 2,5 раза, длина пролетов между опорами 80–260 метров (на послевоенных мостах Преображенского – 33 метра). Но, одновременно, и точность монтажа между двумя главными опорами на берегах Днепра – 0,1 миллиметра. Скажите, как можно её монтировать… несколько лет? С учетом перепадов температур +80 (на солнце) – ­25 градусов и того, что конструкция крепится на временные опоры, с учетом коррозии и просто усталости металла?».

Заметим, что в Запорожье взялись строить один из самых высокотехнологичных мостов в Европе, не для того, чтобы хвастаться, а чтобы проект получился дешевле и надежнее. Но что из этого получилось?

 «По большому счету, наши мосты – своеобразная сложнейшая нейрохирургическая операция. При проведении которой нельзя раз за разом бегать в магазин за спиртом и нитками, а в аптеку за ватой. Так ОПЕРИРОВАТЬ НЕЛЬЗЯ!» (Из ответа Ивана Сухомлина на вопрос, как подобная стройка возможна при финансировании с «барского» президентского или премьерского  плеча в 50­100 миллионов гривен в год? ­ Авт.)

Запорожские  мосты,  заметим, с начальной сметой в 1,9 миллиард гривен на пять лет строительства, и в которые за 12 лет «зарыто» уже около двух миллиардов гривен.  Это при пересчитанной в 2010 году и уже давно устаревшей смете в 5, 311 миллиардов гривен. Сегодня, напомним, смета уже 6,6 миллиарда, а стройка уже давно не операция, а реанимация, где персонал раз за разом прерывается то на обед, то на корпоратив, то на вояж куда­нибудь подальше от родных берегов.  И всегда исключительно из­за «удивительного» отношения к финансированию и Кабмина разных «призывов»,  и  Верховной Рады, где ни у кого по этому поводу все 12 лет ни один нерв не дрогнул: «Ну, зарыли деньги, ну, развалится все ещё до окончания строительства, так что,  из­за этого «лапшу» на уши избирателям уже не вешать?»

Здесь уместно напомнить, что в 2011 году, «по просьбам трудящихся» (ибо «до 2014 года ждать окончание строительства — это очень долго»), стройку у города Запорожья забрали. Заказчиком вместо УКСа горсовета стал «Укравтодор». В значительной степени потому, чтобы закрыть рот уже уволенному по просьбам тех же киевских «трудящихся» И. Сухомлину, который энергично требовал у Киева деньги. В ответ же чередой пошли проверки  всех, кого можно и кого нельзя. Ревизоры громко рапортовали о найденных растратах, но потом  втихаря соглашались с аргументами, что при  нашей несовершенной и  часто меняющейся нормативной базе, не наделать нарушений просто нереально.

Добавим, что тактика на всякую жалобу из Запорожья отвечать набегами всевозможных контролеров и проверяющих, продолжается до сих пор. Чтобы доказать, что давать сюда деньги бессмысленно — все равно разворуют! Хотя практически все потери — из­за  перебоев с финансированием и просто преступной сменой заказчика и генподрядчика.

Это первое.  А второе,  И. Сухомлин же не для себя требовал! Вот еще одна цитата из рассказа Ивана Прокофьевича: «Если сейчас станет вопрос консервации стройки (т.е. в начале 2010 года!), то это огромные затраты. Как и ее расконсервация. Если честно, то проще и дешевле СТРОИТЬ. Кстати, стройка замерла, но ежедневно в январскую стужу под воду опускался водолаз, смотрел на состояние так называемых шпунтовых коробок, которые окольцовывают под водой строящиеся опоры моста. Если возникают ненормативные ситуации, немедленно принимаются меры. Иными словами, закрепленные в проекте титула сроки (2012 год) и суммы  (1,4 –1,2, миллиарда гривен), должны быть ВЫДЕРЖАНЫ»…

Сразу скажем, уже в 2011 году сроки возведения мостов переиграли на 2014 год. И заговорили лишь о так называемой «первой очереди» в 2012­м году, т.е. о возведении хотя бы усеченного (по продольной оси)  моста с тремя полосами  с левого берега на Хортицу. Последние собирались переделать в четыре (по две полосы каждую сторону), и запустить переход к выборам 2012­го. Но и эта затея провалилась. Новый, почему­то, уманский (Черкасская область) подрядчик, не имея опыта строительства подобных объектов, получив (в первый и в последний раз на стройке!) 750 миллионов, все их освоил: на рубку деревьев на Хортице, строительство заборов там же, моста через железную дорогу в никуда, и т. д… И это все!

Теперь, как видим, новый, но уже не афишированный проект «Мосты­2025». А знаете, почему не афишируемый? Став председателем уже упоминавшейся  нами временной следственной комиссии (апрель 2015 года). Петр Сабашук  в интервью изданию «Новый день» заявил следующее: «Многие специалисты говорят: неизвестно, как мы строим мосты? Проекта на мосты нет, и никто его не видел. Изначально мост (с Хортицы на Правый берег. ­ Авт.) должен был опираться на два берега, а затем решили ставить опору посередине Днепра. А эксперты, которые хорошо знакомы с геологией, говорят, что как раз в этом месте проходит разлом. Поэтому, что в будущем произойдет с мостом — никому не известно».

Г.­н Сабашук немного не прав. Проект был, и он утвержден и переутвержден на всех уровнях. Другой вопрос, что когда  стройка попала в руки «Автодора», то там решили переиграть документ на такой, какой уже им удобен. Помнится, на это потрачено около ста миллионов гривен. С теперь известным от П. Сабашука результатом…

Но мы бы еще раз обратили внимание читателя на замечание Ивана Сухомлина: строить дешевле, чем консервировать и расконсервировать стройку! Ведь это мнение одного из самых авторитетных строителей бывшего Союза. Но в Кабмине и Минфине, начиная с 2014 года посчитали  иначе:  «По сути, за весь этот год финансирование практически отсутствовало на эти сооружения и объекты», — признает первый замглавы «Укравтодора», Евгений Барах». (9.10. 2015г. программа «Подробности» ТК «Интер»).

Разговор с  руководителем дорожной отрасли состоялся в Запорожье, во время предыдущих депутатских посиделок — выездного заседания бюджетного Комитета Верховной Рады. Там и выяснилось, что отсутствие сторожей(!) и света(!)  на стройке из­за полного прекращения финансирования  стоило последней — только из­за воровства металла (!) — 15 миллионов гривен.

Знаете, что это нам напоминает? Да, реанимацию, в которой персонал бросил пациентов и укатил гулять в Эмираты. Забыв закрыть двери, окна, подключить отопление, свет  и воду… Ответственные лица (из Кабмина) держат паузу и в Запорожье не появляются. Впрочем, сейчас война, а она, как многие знают,  все спишет… Депутаты, т.е. направляющая и организующая  сила правительства, наведываются от случая к случаю, и исключительно с пиар­задачами. Не чувствуя никакой вины за свои убийственные голосования и для конкретного  объекта, в том числе  — мостовых переходов в Запорожье.

А тем временем уже без слез определение «Википедии» читать не получается. «Мост — искусственное сооружение, возведенное через реку, озеро, болото, овраг, пролив или любое другое физическое препятствие». Ещё раз подчеркнем, ключевое здесь слово — ЧЕРЕЗ.  Посмотрите, наблюдается на стройке  хоть что­то «ЧЕРЕЗ» спустя 12 лет с начала работ?

И еще, мы перелопатили  гектары всевозможных материалов, и не нашли ни одной экспертной оценки, которая бы хоть как-­то противоречила и И. Сухомлину. Спорят обычно только прокуроры да губернаторы с приставкой и.о. и без оной. Именно они, похоже, в мостах разбираются куда круче… В мостах уже «не тревоги нашей», а нашей  жгучей боли…

Алексей КОРОТКОВ

За последние 10-15 лет поливные площади в нашем регионе сократились в 5 раз.

Доходы Запорожской области имеют несколько составных частей. Если сам город Запорожье известен как промышленный центр, то область и ее развитие во многом зависит от сельского хозяйства. Краеугольным камнем в развитии этой отрасли в нашем регионе является система орошения. Без ее восстановления урожайность и рентабельность сельского хозяйства, а значит и благосостояние жителей области, может существенно ухудшиться.

Проехавшись по территории Запорожской области, вы можете заметить, что практически в каждом дворе владельца частного дома есть бассейн (который часто путают с колодцем), в котором хранится дождевая вода. Ее используют для полива огородов и приусадебных участков.

Во времена Советского Союза на территории южной части Украины были реализованы масштабные дорогостоящие и порой спорные проекты. Помимо этого, учитывая тот факт, что область находится в зоне рискованного земледелия, была выстроена система орошения, которая позволила наладить эффективное, как на свое время, ведение сельского хозяйства.

После развала СССР и начала раздела коллективного имущества под дележку попала и оросительная система. Как результат, до наших дней она «дожила» частично. Чем грозит такое положение вещей в нынешних условиях? Мы попытались разобраться, пообщавшись с представителями областных властей и самими аграриями.

Андрей Ревуцкий, глава Департамента агропромышленного развития Запорожской областной государственной администрации поделился своим мнением касательно проблем оросительной системы.

— В наследие после Советского Союза нам досталась оросительная система, каково ее состояние на данный момент?

— В Запорожской области наличие орошаемых земель составляет  240,7 тыс. га. Межхозяйственные системы остались в государственной собственности и находятся на балансе межрайонных управлений водного хозяйства Государственного агентства водных ресурсов Украины.  Внутрихозяйственные системы были безвозмездно переданы колхозам и совхозам в пользование, позже переданы правопреемникам, районным или сельским общинам.

Без оросительной системы в нашей зоне рискованного земледелия получить высокий урожай очень сложно. Особенно это актуально для южных районов Запорожской области. К таким зонам относятся Акимовский, Веселовский, Приазовский, Васильевский, Каменско­Днепровский, Великобелозерский и часть Мелитопольского района.

Оросительная система никуда не делась, теоретически она существует, ее и сейчас используют для полива. Все зависит от того, какой собственник ею пользуется. В государственной собственности находятся системы на площади 17,5 тыс.га, коммунальной собственности — 84,1 тыс. га, на балансе частных фермерских и коллективных предприятий ­ 82,9 тыс.га, без хозяина ­ 56,1 тыс.га.

— Существует ли какая либо сравнительная статистика по орошению в Советское время и сейчас?

— При СССР ежегодная площадь полива составляла 240 тысячах гектар земли, сейчас от 45­50 тысяч гектар. С минимальными и средними затратами в Запорожской области можно восстановить орошение на 190 тысячах гектар земли. Но это оперативная информация, если начать восстановление, этот показатель может измениться.

— Нынешний сезон по посеву озимых культур из­за засухи был неудачным. Сколько потеряли аграрии области из­за этого?

— Озимые культуры под урожай 2016 года не досеяны на площади 108 тысяч гектаров (­16 % к прогнозной площади). А то, что было посеяно, находилось в слабом и изреженном состоянии. К счастью, аномальная засуха компенсировалась за счет мягкой погоды и зимних осадков. Поэтому у фермеров появилась надежда на получение нормального урожая озимых культур. А недосев будет компенсирован за счет посева других яровых зерновых культур.

Статистики по потерям конкретно из­за отсутствия системы орошения нет. Дело в том, что сельское хозяйство во времена СССР и нынешние времена отличается. Сейчас у аграриев есть доступ к современным средствам защиты растений, удобрениям, семенному материалу. Сами технологии изменились. Потребность в поливе является критической для тех хозяйств, которые занимаются выращиванием овощей.

— Вы говорите о том, что технологии изменились, и возникает вопрос, а нужно ли восстанавливать оросительную систему?

— Безусловно. Климат изменяется, к тому же, как я уже говорил, Запорожская область находится в зоне рискованного земледелия. Попробуйте вырастить, что­нибудь без орошения, например, в Акимовском районе. Без полива в этом районе урожайность будет как в пустыне.

Система орошения позволит сделать скачок для развития сельского хозяйства, повысить рентабельность для предприятий агропромышленного комплекса нашей области. Сейчас запорожские аграрии при тех же вложениях имеют меньший урожай, чем их коллеги из Винницкой или Полтавской областей.  При этом система налогообложения и оценка земли не учитывают все особенности ведения сельского хозяйства в нашем регионе. Налоги у агрария из Полтавской области на том же уровне, что и в Веселовском районе Запорожской области, а урожайность и, соответственно, возможность получения прибыли разная. В Запорожской области нет, сравнительно с некоторыми другими областями, крупных фермерских хозяйств.

Нашим фермерам требуется больше вложений в ведение хозяйства, и при этом они продают сельскохозяйственную продукцию по такой же цене, как остальные украинские аграрии. Восстановление системы орошения позволит сельскохозяйственным производителям предсказывать, на какой приблизительно урожай они могут рассчитывать. Другой вопрос, как этими возможностями будут пользоваться.

— Во сколько обойдется возобновление системы орошения в области?

— На сегодняшний момент, если учитывать курс украинской гривны по отношению к доллару США 25,5 гривен за 1 доллар, то расчет таков: при самых минимально необходимых вложениях, это 313 миллионов гривен, при средних вложениях – 9,0 миллиардов гривен, ну а если включать и строительство, то 11,3 миллиардов гривен.

О новых вызовах в ведении сельского хозяйства и необходимости восстановления системы орошения говорят и сами аграрии.  Екатерина Луценко, депутат областного совета, председатель Запорожской областной организации работодателей агропромышленного комплекса:

— Погодные условия изменились, сейчас наступает период, когда будет больше засухи. В скором времени может сложиться ситуация, когда без действующей системы орошения мы вообще не сможем получать нормальный урожай. Запорожская область находится в области рискованного земледелия. К тому же в последние годы не только в Юго­Восточных, но и в Центральных областях Украины была засушливая погода.

В 90­е годы оросительная система была распределена. В результате, некоторые недобросовестные собственники просто разворовали ее. К тому же за это время часть действующей системы орошения попросту пришла в негодность. Сейчас остро стоит вопрос о государственной программе, которая позволила бы восстановить утраченное.

— Выиграют ли аграрии, если будет восстановлена существовавшая ранее система?

— Люди, занимающиеся сельским хозяйством, терпят потери, даже когда есть оросительная система. Раньше за воду на полив не платили. В нынешних условиях это затратное мероприятие. 80 процентов заработанных денег уходит на оплату стоимости воды, электроэнергии, оплату заработной платы и другие расходы. Фактически на руках остается 5 процентов от заработка. Если учесть неблагоприятные погодные условия, которые снижают урожай, то и того меньше.

— Можете сказать какие конкретные шаги могли бы улучшить ситуацию?

— Во­первых, это государственная программа по кредитованию аграриев, предоставление беспроцентных кредитов сроком на 10­15 лет, при которых выплаты по кредиту начинались бы спустя 5 лет после его предоставления. Во­вторых, минимальная ставка на восстановление оросительной системы для сельскохозяйственных предприятий. В­третьих, государственная компенсация затрат на воду.

— Если начать восстановление оросительной системы сейчас, за сколько лет это можно будет осуществить?

— Думаю, что пяти лет вполне хватило бы для того, чтобы оросительная система возобновила свою работу в необходимом объеме.

Как мы видим, восстановление системы орошения в Запорожской области – вопрос, требующий внимания, так  говорят как в коридорах ОГА, так и сами аграрии. При этом рано или поздно решением этого вопроса все равно придется заниматься. Даже на уровне Кабинета министров Украины начали говорить о том, что необходима соответствующая инвестиционная программа. Правда, пока  это не более чем слова, которые не подкреплены реальными действиями.

Не так давно и.о. главы Запорожской ОГА Константин Брыль поручил соответствующим ведомствам провести инвентаризацию имущества. Под инвентаризацию попадет и система орошения. Помимо этого, он высказался за передачу системы в коммунальную собственность.

Но будет ли это являться действенным решением? На этот вопрос сложно ответить, не увидев результатов. Сама инвентаризация в теории позволит узнать более точно о том, в каком состоянии находится оросительная система.  Но это не значит, что это будет толчком к ее восстановлению.

Исходя из расчетов в ОГА, становится понятно, что отдельные аграрные предприятия, даже крупные, не в состоянии оплатить восстановление системы орошения в целом. Даже бюджет области не способен покрыть расходы на это. Решением могла бы стать комплексная государственная программа, в работу которой были бы включены как областные и местные власти, так и сами заинтересованные в развитии собственных предприятий фермеры.

Андрей ВАСЕЦКИЙ

Исторически сложилось, что Запорожье, как и Запорожскую область в целом,  стоит считать многонациональным регионом. И, одним из ярких представителей национальных культурных объединений является запорожская осетинская диаспора

— Осетины, живя среди других национальностей, понимают главное:  по их поступкам и делам судят о нации  в целом. Каждый из них старается с честью и достоинством нести свое гордое имя — Осетин, — так считает Председатель общественной организации  «Осетино-­аланского культурного общества» Запорожской области Заур Каргиев, который и рассказал редакции «Верже» о жизни, культуре и быте осетинского народа в Запорожском крае.

— Расскажите, как была основана организация, что послужило предпосылкой для ее создания?

—Наша организация «ОАКО» (сокращенно) была создана  в Запорожье в 2008 году. Численность осетин в то время в городах и селах Запорожской области  составляла 300 человек.  Мощным катализатором к объединению и активизации осетин области Грузино­-Осетинская война (2008 г.) и Бесланская трагедия.

Но, по факту, мы жили и живем здесь как единая, большая семья. Еще до  официальной регистрации, у осетинской диаспоры были тесные взаимоотношения и братские контакты друг с другом. Мы стараемся приобщить нашу молодежь к культурным ценностям и сохранению осетинских традиций. Рассказываем им о корнях, о наших земляках, сыгравших немалую роль в развитии всевозможных отраслей. В Запорожской области, кстати, тоже.

 — Каковы причины переселения в Запорожскую область?

— На территории Запорожского края осетины начали обосновываться после Второй мировой войны. Происходило это в разные периоды истории и по разным причинам. Например, стремление молодежи получить хорошее образование (на территории Грузинской ССР  это мало кому удавалось), ну и само собой распределение на работу. Так, в частности, в Запорожскую область чаще всего  попадали специалисты металлургической промышленности, как правило, из Северной Осетии. Но узким родом деятельности не ограничивалось. Среди наших земляков, осевших в Запорожье и, конечно же, участвующих в развитии региона, есть заслуженные инженеры, металлурги, работники коммунальных служб, милиции, военные герои и многие уважаемые члены общества.

То есть, в послевоенные годы бывшие военнослужащие, студенты и специалисты оставались в Украине, обретая вторую родину.

 — Каковы  особенности осетинской культуры, праздников?

 — Одной из особенностей нашей культуры является празднование Джеоргуыба, которое продолжается неделю после 18 ноября и носит название «неделя поклонения Уастырджы».

В пантеоне осетинских святых он занимает особое почетное место, как покровитель мужчин, путников, защитник бедных и обездоленных, наставник молодежи. Он остается в сердце каждого осетина, где бы тот ни жил.

Именно во время проведения этого праздника, у нас  возникла идея создания фестиваля кавказских народов «Содружество». В последующем инициатива запорожской диаспоры была подхвачена практически всеми кавказскими национально­-культурными объединениями Украины.

А вот в конце сентября 2015 года, в селе Орлово Мелитопольского района, запорожские осетины провели еще один национальный праздник — Фалвара, который отметили в  доме Харебова Автандила.

Фалвара — чествование божества, покровителя мелкого рогатого скота. С давних времен, когда благосостояние семьи основывалось на наличии земель и скота, к Фалвара относились с особым почтением – ему молились, поручали ему в покровительство свой скот, просили, чтобы он оберегал от мора, чтобы милостью его увеличивалось поголовье. Среди осетинских божеств – это самое доброе и кроткое божество, которое никогда и никому не причиняло вреда. Поэтому, характеризуя порядочного человека, у нас часто говорят «он похож на Фалвара».

Вот такими добрыми и порядочными, похожими на Фалвара, являются мои земляки, семья Автандила и Марии Харебовых, проживающих в Украине с 1992 года, после изгнания из Грузии. Именно по их инициативе наша диаспора проводит этот праздник по национальным обычаям и традициям осетинского народа.

  — Расскажите о деятельности организации?

 — Для всех выходцев из Осетии, «ОКАО» — не просто общественная организация. Это — объединяющий центр, который  оказывает всемерную поддержку в трудных жизненных ситуациях, помогает адаптироваться в новых условиях, найти пристанище, трудоустройство в Украине.

Мы проводим большую разъяснительную и воспитательную работу, стараемся приобщать СМИ к проблемам межнациональных отношений и сотрудничества, развитию и сохранению наших обычаев, традиций и культуры народностей, проживающих в  Запорожском крае.

Члены нашего общества активно участвуют в мероприятиях, посвященных семейным и общенациональным праздникам: Дню независимости Украины, Дню Победы. Ежегодно мы проводим концерты и тематические вечера, возлагаем цветы на мемориалы.

Также осетинская диаспора повсеместно поддерживает давние добрые связи с исторической родиной и вносит свой весомый вклад в сохранение обычаев, традиций и развитие осетинской культуры. Например, члены «ОАКО» принимали участие в  работе VII съезда осетинского народа, проходившего во Владикавказе.

Отдельно хотелось бы рассказать о мероприятиях посвященных 155-­летию со дня рождения Коста Хетагурова. Для осетинского народа Коста является великим Кобзарем, как Шевченко для украинцев. Он также был писателем, поэтом, художником, наставником целой нации. Даже их биографии во многом схожи. Самое удивительное, что Шевченко был сослан в ссылку на Кавказ, а Коста – в Украину. И оба — за свои творения, выражающие гуманистические идеалы, стремление к свободе, правде и справедливости.

В рамках празднования юбилея Коста Хетагурова мы проводили встречи и литературные вечера в школах, библиотеках и музеях Запорожья и Херсона. Так как именно в Херсон был сослан осетинский Кобзарь. В гости мы  отправились с написанными мной портретами великих Тараса и Коста, книгами, грамотами, орденами.

Андрей ЛЕМЕШКО

Памятник Устырджы в Северной Осетии