С 1 июля мы должны были зажить по новому — с домами ОСМД или управляющими и без ЖЭКов. Но коммунальная революция не завершена, а в самом, что ни на есть, разгаре. Поскольку не все случилось так, как планировалось

14 июня, фактически, за 2 недели до времени «Ч» депутаты Верховной рады внесли изменения в 417 закон «Про особливості здійснення права власності у багатоквартирному будинку» и продлили «жизнь» ЖЭКов. А все из­за того, что с 1 июля местные власти должны были провести конкурс для тех домов, где жильцы не объединились в ОСМД. Правда Верховная рада за год так и не написала «правила игры», по которым этот конкурс должен был проводиться — то есть, не утвердила законодательную базу.

— Данный законопроект внес поправки и говорит о том, что до момента проведения этого конкурса дома продолжают обслуживать организация, компания, КП, которые занимались этим ранее. То есть, если мы говорим с вами о домах ГКП «Основание», то ГКП «Основание» пока еще нас обслуживает, если мы с вами говорим про дома ЖСК, то ЖСК продолжает нас обслуживать.  В законопроекте № 4680, который вносит изменения в 417 закон, не указан какой­то конкретный срок. То есть, Кабинет Министров еще дорабатывает порядок проведения вот этого конкурса на управителя многоквартирных домов. И только когда этот порядок примут, утвердят и доведут до органов местного самоуправления по всем городам Украины, а городская власть, соответственно, проведет конкурс, тогда и будем назначать на каждый дом управителя. Соответственно, тогда и можно будет говорить о ликвидации ЖЭКов. Ну, а пока, 1, 2, 3 июля и так далее у нас все остается по­старому. Закон об ОСМД никто не отменял, расслабляться не нужно, а стоит в том же духе продолжать создавать общество совладельцев многоквартирных домов, — рассказывает начальник отдела обеспечения развития жилищного хозяйства Департамента ЖКХ горсовета, Яна Калинина.

Кроме того, изменения в законе позволяют людям в любой момент разорвать такой договор, если они решат сменить управляющую компанию или создадут ОСМД, в то время, как ранее управляющую организацию назначали сроком на один год, и сменить ее можно было только по истечению данного срока.

Впрочем, отмена тотальной ликвидации ЖЭКов по всей стране на неопределенный срок, по мнению экспертов, не затормозит запущенный механизм по созданию ОСМД. На сегодня порядка 345 домов в Запорожье уже определились с формой собственности.

— Многие люди просто физически не успели создать ОСМД. Очень много домов в городе, которые сейчас проходят процедуру, проводятся учредительные собрания, оповещаются родственники о том, что планируется создание объединения. Этот процесс начат, и он уверено движется вперед. Недавно в отделе мы заметили, что у нас значительно снизилась явка инициативных групп, которые только взялись за процесс создания и не знают с чего начать. Сейчас наблюдается цепная реакция по домам: то есть соседний дом создал ОСМД, а чем мы хуже? И начинается процесс организации в общество совладельцев многоквартирного дома. К тому же, люди начали друг друга консультировать. Я думаю, что снижения активности не произойдет  хотя бы потому, что закон №417 никто не отменил, так же и будет конкурс, просто не первого июля, а может быть до конца года, мы его проведем. Люди понимают, что этот процесс неизбежен и если не общество совладельцев, то городские власти назначат управляющую компанию, с тем тарифом, на который они не смогут никаким образом повлиять. Управляющие компании будут решать сами, кому доверить убирать территорию и вывозить мусор, сколько держать в штате дворников, сантехников и электриков. Да и тариф на свои услуги компания будет формировать сама. Если же создать ОСМД, то все эти вопросы будут решать непосредственно сами жильцы дома. Они смогут менять поставщиков услуг, которые не справляются или плохо выполняют свои обязанности. К тому же, члены ОСМД сами могут формировать тариф на обслуживание дома, устанавливая, сколько раз убирать в подъезде, благоустраивать ли газоны, утеплять ли дома или ремонтировать подъезды. Эти изменения, скорее, запорожцам на пользу, у них появилось дополнительное время и возможность объединиться и самостоятельно управлять своими домами, — отметила начальник отдела обеспечения развития жилищного хозяйства департамента ЖКХ горсовета, Яна Калинина.

Впрочем, не все запорожцы ответственно подходят к реформе ЖКХ сферы. Многие до сих пор уверены, что их дом, что называется «пронесет» и у них все останется по­старому. Ну, а кто­то уверен, что ОСМД — очередная махинация, в которую лучше не встревать. А все из­за того, что жить по­европейски хочется, а брать ответственность за свой же дом — не очень. И это понятно, запорожцы годами платили  за обслуживание дома, но ремонта в доме не то, что капитального, порой и косметического не видели. Поэтому у многих людей возникает закономерный вопрос: а будет ли проведен ремонт за счет балансосодержателя до передачи дома в ОСМД? Увы, согласно закона это не предусмотрено. То есть, то, что платилось коммунальщикам, ушло в небытие, об этих средствах стоит забыть как о вкладах МММ и средствах Сбербанка, которые исчезли после распада СССР, как ни прискорбно это признавать. Впрочем, согласно законодательству, ремонт в домах, где уже создано ОСМД тоже не предвидится. Но!

— Мы опираемся на постанову Кабинета Министров Украины №572 (1992 года), где написано, что «Відповідно  до  п. 7  ст. 10  Закону України «Про приватизацію державного  житлового  фонду» колишні власники   багатоквартирних будинків … зобов’язані  брати  участь  у  роботах  по ремонту, потреба в якому виникла після  приватизації  квартир. Обсяг цих робіт визначається  кількістю приватизованих квартир будинку та строком його експлуатації від   закінчення   будівництва або реконструкції до проведення першого ремонту після приватизації».  Городом было принято решение выделить средства на большие по объему и затратам работы. Мы делаем кровлю, сети полностью, лифты. Эти ремонты, — признается Яна Калинина, — больше направлены на стимулирование людей создавать ОСМД. В других городах, где мы были, общались, обменивались опытом, нигде такого нет. В том же Каменске­Подольском у них софинансирование, то есть там 50 на 50 процентов оплата за ремонт дома, Луцк — 30 на 70 процентов. Во Львове всего лишь бюджет для домов ОСМД 700 тысяч на год, учитывая какой там ветхий жилой фонд. У нас же недавно на это еще выделили 10 миллионов, и сейчас бюджет составляет 55 миллионов для домов ОСМД. Но ремонты мы проводим только там, где не просто создали ОСМД, а забрали его в управление или подали заявку.

Еще один вопрос: сохранятся ли субсидии и льготы в домах ОСМД. Теперь можно с уверенностью ответить, что да, сохранятся. А процедура оформления и предоставления субсидий для всех граждан Украины одинакова и не зависит от того, на чьем балансе находится дом и какая там форма управления. То есть, для всех жильцов домов действует одинаковая процедура обращения за субсидией и их назначении.

Правда, есть некоторые особенности, которые определяются постановлением Кабинета Министров Украины от 13.11.2013 г. № 860. Единственный момент, что ОСМД должны будут заново подать пакет документов по субсидиантам. То есть, грубо говоря, переоформить,  потому что это теперь юридическое лицо.  Еще один момент — взнос, который платят жильцы ОСМД на содержание домов, сооружений и придомовых территорий (из расчета на 1 квадратный метр общей площади квартиры), должен быть не больше, чем тариф, утвержденный в городе Запорожье, а в случае их отсутствия — больше самого высокого тарифа на такие услуги, установленного соответствующим органом местного самоуправления.

Таким образом, реформа ЖКХ после 1­го июля продолжается. И быть хозяином в своем доме или ждать очередной обслуживающей фирмы, которая будет принимать решения без вас, решать только вам.  Напоследок, стоит отметить, что по закону никто не запрещает ЖЭКам работать и после того, как будут созданы управляющие компании. Ведь ЖЭК — обслуживающая организация, и если их услуги будут качественными и конкурентными по цене, то они вполне смогут продолжить обслуживать наши дома.

Яна ПЕТРОВА

Всеми любимая «Дубовая Роща» все больше смахивает на полигон скандалов всех со всеми и все меньше похожа на Центральный парк культуры и отдыха областного центра, коим являлась долгие годы. Не удивительно, ведь такое место в центре города — лакомый кусочек для ведения предпринимательства. А тем временем сама «Дубовка» находится далеко не в идеальном состоянии, и это мягко сказано. В итоге разбирательства вокруг парка разрослись до такой степени, что их уже рассматривают на областном уровне, а в отношении нынешнего руководства коммунального предприятия «Дубовая роща» обещают подать заявления в Генеральную прокуратуру Украины

Во время посещения «Дубовки» не нужно заходить далеко, чтобы воочию увидеть проблемные места. К примеру, дойдя до прудов в парке, можно сразу заметить — один из них высушен, что особенно с началом жары является причиной неприятного запаха. Осушение этого водоема изрядно затянулось, и сколько еще будет продолжаться этот процесс, особенно в нынешних экономических условиях, неясно.

Портит удовольствие от посещения парка и торговля. Создается впечатление, что число различных лавок и сомнительных аттракционов, обустроенных зачастую прямо на газонах, значительно превышает потенциальных посетителей парка. И вроде ничего плохого в том, что в парке ведется бизнес, нет, но все это напоминает больше визит бродячего цирка, а не стационарно действующих заведений. Помимо этого существуют проблемы с разрешением движения транспорта, дурно выглядящие сортиры и прочие «достопримечательности».

Все это портит вид и удовольствие от визита в «Дубовку». Некоторые из проблем существуют давно, но вот смена руководства «Дубовой рощи» пока, похоже, не ведет к кардинальным изменениям в работе парка, а скорее наоборот, порождает новые проблемы и распри.

Конфликты вокруг «Дубовки» получили новое развитие сразу же после того, как в Запорожье сменилась городская власть. Назначение нового руководителя привело к развитию целого ряда хронических конфликтов, которые вышли на уровень губернатора области и, возможно, закончатся рассмотрением в Генеральной прокуратуре.

В частности, речь идет о ведении бизнеса в «Дубовке». Предыдущее руководство парка имело претензии к работе ресторана «Санрайз». Изначально владельцы данного заведения обещали построить на этой территории помещение для спортивного клуба, но как это часто у нас случается, на его месте вырос ресторан. Помимо этого, были претензии к тому, что владельцы заведения занимаются самоуправством. С приходом нового руководителя КП «Дубовый Гай» к ресторану начали прокладывать тротуарную плитку, а рядом спиливать деревья. При этом жители города начали жаловаться на подобные действия.

Эти настроения докатились до губернатора области, и в начале этого месяца он вызвал на заседание Антикоррупционной комиссии руководителя КП «Дубовая роща» Олега Комаренко. К слову, случай беспрецедентный для Запорожья: трудно вспомнить, чтобы хоть раз обвинения в сторону городских КП обсуждались с губернатором в стенах Запорожской областной государственной администрации.

Проблемные вопросы в функционировании парка «Дубовая роща» не так давно стали также предметом дискуссии и на заседании комиссий в горсовете Запорожья. В частности, депутат Виталий Рябцев выдвинул целый ряд обвинений в сторону руководства данного коммунального предприятия и даже заявил, что направит заявление в Генеральную прокуратуру Украины для того, чтобы данный вопрос рассмотрели правоохранители. Ситуацию нам прокомментировал сам депутат.

— В чем суть ваших претензий к руководству и деятельности коммунального предприятия «Дубовая роща»?

— Вы знаете, я не хочу сказать, что Олег Комаренко — плохой хозяйственник, но он распоряжается «Дубовой рощей» как со своим собственным имуществом. На заседании комиссии мною было выдвинуто целый ряд конкретных претензий к работе предприятия. Это незаконный спил деревьев, уничтожение системы полива насаждений, самовольно выложенная тротуарная плитка, установленные шлагбаумы. Все это было сделано без разрешений. Однако суть ведь не в этих конкретных действиях, возможно, они были обоснованными, а в том, что они были совершены без соответствующих разрешений, незаконно.

Проблема заключается в том, что у парка «Дубовая роща» нет генерального плана развития, согласно которого можно было бы его расстраивать, и с решения этой проблемы стоило бы начинать. С генеральным планом будет понятно, что необходимо делать, как развивать это место вне зависимости от того, кто будет руководить КП «Дубовая роща»: Комаренко или кто­нибудь другой.

Помимо этого есть претензии и к работе бизнеса в «Дубовой роще». Вы, например, знаете, что ресторан «Санрайз» не выплачивает в бюджет средства, хотя работает в парке уже 12 лет? Или, например, имеет место факт работы других предпринимателей, которые по документам имеют в распоряжении 6 квадратных метров площади, а фактически используют 200?

— На комиссии в горсовете вы заявили о том, что будете обращаться в Генеральную прокуратуру. Уже обратились?

— Ведется подготовка, собираются материалы, а мои юристы готовят документы.

С резкой критикой действий в сторону нового руководства «Дубовой рощи» выступила и предыдущий его руководитель Виктория Чикалова. Мы пообщались с ней, чтобы выяснить, какие, по ее мнению, ключевые подсчеты сейчас уже допущены в «Дубовке».

«Не проблемой, а преступлением я считаю строительство дороги в центральном парке. Согласно строительных ГСНов (государственных строительных норм – прим. автора), лежачие полицейские, разметка — это элементы дороги, на земле рекреации устройство дорог для движения автотранспорта запрещено Земельным кодексом. Фактически, дорога проложена по пешеходной аллее, с которой убрали лавки и урны. Шлагбаум, поднятие которого управляется из­за стойки администратора отеля «Санрайз», установлен владельцем ресторана на нашей с вами земле. Директор парка обязан остановить данное самоуправство, вместо этого деньгами КП он оплачивает строительство дороги к ресторану.

Самовольный захват земли вокруг отельно­ресторанного комплекса «Санрайз» — факт, установленный судом, тротуарная плитка стоянки перед рестораном была бы сегодня уже демонтирована, если бы не лояльность ныне экс­директора парка Захарова, который задним числом подписал договор о якобы новой укладке (после демонтажа по решению суда, которого, конечно же, не было) и устройстве «бесплатной детской площадки». На наших с вами глазах цементно­плиточная империя ресторана стремительно разрастается, а под ней гибнут тысячи квадратных метров газона, валятся здоровые деревья. Варварски уничтожается система водопонижения, директор парка дает лживые пояснения о том, что убирали строительный мусор и высадили газон.

С точки зрения размещения объектов торговли, парк стал похожим на рынок. При этом другому бизнесу теперь непросто, новый директор, вопреки действующему договору отключил кафе возле фонтана от электроэнергии, уничтожив кабельную линию, отремонтированную парком для проведения массовых мероприятий возле фонтана «Рыбы». К ней же должны были подключить фонтан после реконструкции. Также срезаны даже парковые электороопоры — чтобы восстановить все это, придется тратить десятки тысяч гривен. Веревочный парк пытаются демонтировать ежедневно. Конюшне не продлевают договор аренды, несмотря на заверения Волобуева, что договор будет подписан, но директор парка уже неуправляем, и позиция заместителя городского головы для него — пустой звук.

Помимо этого значительно увеличились расходы на оплату труда, изменено штатное расписание КП — эти данные мы получили во время работы депутатских комиссий. Если раньше сторожа структуры были сотрудниками парка, то теперь их уволили и руководство «Дубовки» оплачивает данные услуги КП «Побутовик». Безусловно, это дороже, чем сторожа в штате. Более того, они выполняют работу непрофессионально. Во­первых, пропускают в парк автомобили, во­вторых: я вместе с журналистами беспрепятственно прошла на хоздвор предприятия, чтобы зафиксировать демонтированную систему водопонижения. На хоздворе немало материальных ценностей, разве это надлежащая охрана?

Также аттракционы парка подорожали, безлимитных браслетов в кассах больше нет, возможно это повышает доходность, но у коммунального парка другие задачи, услуга должна быть доступной для всех, ведь все аттракционы куплены и установлены на наши с вами деньги, фактически дети из семей с невысоким доходом лишились детского счастья

Директор парка занят лишь одним направлением — созданием комфортных условий для отеля­ресторана «Санрайз». С другой стороны, у него просто нет времени заниматься парком, так как нарушая антикоррупционное законодательство, он совмещает должность директора КП с управлением тренажерным клубом «Медведь», сетью продуктовых магазинов и другими делами.

Обо всех указанных фактах заявлениями с доказательствами уведомлен Александровский райотдел и прокуратура №1, но правоохранители в упор не видят нарушений, оставляя запорожцам единственный путь – к генеральному прокурору».

Если говорить о позиции КП «Дубовая роща» по данным обвинениям, то на заседании депутатских комиссий и во время общения в Запорожской ОГА Олег Комаренко их высказал. По его словам, нарушения есть, и они связаны как раз с отсутствием генплана. То, что в парке укладывают тротуарную плитку — благоустройство, и предпринимателя надо поблагодарить за эту помощь, о которой его попросил сам Комаренко. Деревья вырубают не новые, а старые и доказать обратное лишь на основании фотографий нельзя. Да и вообще, по мнению Комаренко, у СМИ и общественников сложилось предвзятое отношение к деятельности «Санрайза».

Как бы то ни было, но объективно проблемы у парка есть. И складывается ощущение, что парку пока «не грозит» образцовое состояние. Ведь, в общем и целом, он не выглядит как картинка с рекламной листовки. К сожалению, «Дубовка» сегодня не выглядит именно как Центральный парк культуры и отдыха парк, где можно насладиться природой, отдохнуть и перевести дух от пыльного, промышленного города. Не выглядит парк и как красивое место для развлечений, ведь каждый предприниматель строит свое собственное «государство» далеко за пределами выделенных ему квадратных метров и как ему вздумается. Если нет единого видения, то в целом выглядит это как рынок Анголенко, где много разных киосков и торговых точек, только вот парк — не базар. И то, что приемлемо для рынка, неприемлемо для парка.

Андрей ВАСЕЦКИЙ

Запорожская область считается одной из ведущих областей Украины по количеству археологических памятников. Каменная могила, остров Хортица, поселение Портмашево – это далеко не все достопримечательности нашего региона, которые могут поведать о том, что происходило много лет назад на территории Запорожского края. Профессия археолога считается очень романтичной – работа на свежем воздухе, путешествия, ночевки под открытым небом, приближенность к древним тайнам. Однако так ли это? Запорожский археолог Павел Малько согласился ответить на вопросы журналиста газеты «Верже» и поведать о секретах профессии.

— Как вы попали в такую романтическую сферу как «Археология»?

— Еще с самого детства я любил ездить с палатками на отдых, занимался экологическим туризмом, а после окончания школы понял, что не хочу быть биологом, химиком или музыкантом (Павел учился в химико­биологическом классе и окончил музыкальную школу), а хочу посвятить свою жизнь истории и археологии.

В Запорожском национальном университете я проучился пару лет и ушел, так сказать, на вольные хлеба. Работал археологом, потом младшим научным сотрудником. Летом я на раскопках, а зимой в офисе за отчетами и документами.

— Расскажите о первых раскопках, чем они запомнились?

— Самые первые раскопки были у меня в 2006 году в Беленьком в поселение Портмашево, поселение Черняховской культуры, которое торговало с Римом. Шикарный памятник с большим количеством красивой керамики: тарелки, горшки, фибулы (застежки для одежды – авт.), денарии (римская серебряная монета – авт.).

До сих пор исследуем этот памятник, в этом году тоже поеду.

— Бывали ли у вас раскопки не в Украине?

— В основном по Украине: Крым, Одесса, Запорожье, Киев. В 2013 году работал с французской экспедицией в Крыму, и они приглашали летом в 2014 году поехать к ним на стоянку первобытных людей Абри­Пату в долину Дордонь. Однако у нас началась революция, и было сложно получить документы на выезд, а теперь просто нет финансов.

— Какие самые масштабные раскопки были в вашей практике?

— Самыми масштабными по количеству земли и находок всегда считаются курганы. Что касается количества людей, то самые большие экспедиции — всегда студенческие. На таких раскопках бывает по 30­40 людей. Это всегда интересно, люди разные приезжают, даже те, которые никак не связаны с археологией, но интересуются этой темой.

— Трудно ли попасть простому обывателю на раскопки?

— Нет, это не трудно. В Интернете и в социальных сетях «ВКонтакте» и «Фейсбук» всегда есть приглашения от организаций. Главное — иметь с собой деньги на еду и переезд, а также большое желание.

На одного человека в неделю выходит приблизительно 350 гривен. Сроки таких раскопок в основном зависят от людей. Пока есть люди, и деньги на еду — раскопки будут продолжаться.

— Расскажите подробнее о своей организации?

— Я работаю младшим научным сотрудником в Запорожской областной организации Украинского общества охраны памятников истории и культуры. В этом году нашей организации исполняется 70 лет.

— Бывает такое, что люди самостоятельно приносят вам находки?

— Да, такое бывает. В основном, это знакомые, друзья, и мы знаем, с какого памятника была передана нам находка. Было такое, что приносили даже кости мамонта. Вернее не мамонта, а его родственника — Южного слона, он не так обильно покрыт шерстью и меньше по размеру.

Из Васильевки, помню, приносили кости гиппарионов (вымерший род непарнокопытных млекопитающих из семейства лошадиных – авт.), саблезубых тигров.

— Как происходит раскоп кургана?

— Курганы — это самые простые раскопки. Их очень много по Запорожской области. Лично я видел более 1500, когда проводил инвентаризацию.

К сожалению, все эти памятники распахиваются, рушатся. Из­за этого могут быть проблемы с СБУ и прокуратурой.

Раскопки курганов раньше часто заказывали фермеры, которым надо было убрать их с поля и не иметь проблем с законом.

В таких экспедициях участвует от трех до пяти человек и бульдозерист с бульдозером. Как я уже говорил, курганы — самые масштабные раскопки по количеству земли и без бульдозера невозможно управиться быстро.

Курган вскрывается, как слоеный пирог, нарезаются траншеи и каждый слой исследуется. Просматривается каждое пятно, погребальная яма, раскапываются и фиксируются скелеты, другие находки. После этого рушатся стенки и ничего не остается.

Самое интересное — ты никогда не знаешь, что можно найти внутри, такой своеобразный археологический «киндер­сюрприз».

— Какую находку вы считаете самой редкой в своей коллекции?

— Самой редкой находкой я считаю головной убор девушки, который мы откопали в Пологовском районе в одном из курганов. Он был очень красивый, с бусами, золотыми сережками. Сейчас он находится в нашем краеведческом музее.

— Случались ли забавные истории на раскопках?

— Среди археологов ходит много легенд и историй. Когда случилась эта, я уже уехал, но мне потом позвонили и рассказали ее. Тогда копали мы поселение, и раскопки доходили до двух­трех метров в глубину. Вокруг этого места ходили парни с лестницей, их задачей было доставать людей и опускать обратно. Однажды вечером, когда все уже помылись, сели есть, эти два парня хватают лестницу и убегают в сторону раскопа, а бежать далеко, около километра. Оставшиеся не могли понять, что произошло, думают, может что­то забыли. Через некоторое время эти пареньки приходят обратно с девочкой. Оказалось, они опустили ее в яму, а достать забыли.

— Как обстоят дела у нас с законодательством, защитой памятников?

— Могу сказать, что на законодательном уровне защита существует, но сам закон не прописан так хорошо, как хотелось бы. Наказание за воровство, естественно, существует — от 5 до 8 лет лишения свободы. Однако, для того, чтобы факт воровства доказать, надо словить человека на кургане с лопатой в руках. И то, он может сказать, что не знал, что это курган и таким способом уйти от наказания.

Разворовывание и разрушение памятников у нас, к сожалению, процветает. Просто так оставить открытым раскоп, на который хочешь вернуться через год, нельзя. Надо его консервировать — накрывать клеенкой, засыпать и прятать. Если этого не сделать, то многое могут украсть, а также намусорить, набросать бутылок. В Европе такого нет. Археологи раскапывают памятник, ставят табличку, и никто не трогает. В Великобритании, к примеру, иметь у себя в саду археологически важное место считается очень большим достоянием дома.

В Европейских музеях, если ты принес находку и ее забрали, то рядом с этой вещью ставят твое фото, пишут фамилию и люди этим гордятся.

У нас же надо все распахать. Как это, там же целые две сотки занимает курган, надо его быстренько разрушить, чтобы на кладбище засеять пшеницу. Не хорошо это.

Что касается продажи древностей, то у нас в стране существует такой сайт «Виолити», там много краденого продают. Я часто встречаю, к примеру, стандартные хазарские погребальные наборы — наконечники стрел, мечи, булавы, которые выкопаны из хазарского могильника в Харькове. Однако доказать, что человек это украл, практически невозможно.

Екатерина ШЕВЧЕНКО